К чему Вы испытываете отвращение?

Отвращение... интересно, что мы чаще считаем его низким, почти животным чувством, стыдимся его, прячем глубже раздражения или злости. А ведь это — наш внутренний страж. Мой страж бьёт в колокол не от грязи под ногтями и не от запаха испорченной еды.

Он содрогается перед системной неискренностью. Перед тем, как слова, ещё не долетев до слушателя, уже вычисляют его реакцию, подстраиваются, льстят или нападают с холодным расчётом. Это не ложь — ложь хоть что-то отрицает. Это — пластиковая бутафория общения, где за каждым «спасибо» виден расчёт баллов социального капитала, а за сочувствием — желание поскорее выполнить неприятный ритуал и вернуться к себе. Такая речь не пахнет ничем. Она стерильна. И в этой стерильности — смерть живого.

Ещё мой страж отворачивается от насилия над временем. Не от спешки — спешка может быть азартной. А от насильственного растягивания мгновения в угоду чьему-то тщеславию, жадности или просто косности. Когда пятью словами можно решить вопрос, но произносят пятидесятиминутную речь. Когда процесс, рождённый для радости, обрастает таким слоем предварительных условий, отсрочек и «правил», что сама цель тонет в ритуале. Это превращение жизни в бесконечное ожидание в искусственно освещённой прихожей. Времени насильно ломают позвоночник, и смотреть на это невыносимо.

И, как ни странно, я чувствую тихое, ледяное отвращение к готовым ответам на непрожитые вопросы. К бронекорпусу чужих догм, в который человек залезает, чтобы никогда больше не чувствовать щепоть сомнения, колючку неопределённости. К праведному блеску в глазах того, кто знает «как надо», но чья душа никогда не металась в поисках собственного «надо». Это духовный плагиат. Подделка пути. И пахнет она не огнём исканий, а нафталином склада готовой мудрости.

В конце концов, отвращение — это не про «фу». Это про «нет». Глубинное, клеточное «нет» тому, что убивает в нас живое: подлинность, течение и поиск. Это мой внутренний компас, стрелка которого дрогнула и указала прочь от фальши.